Веселого Солнцестояния!

 

История: Aurora и LadyKate
Написано: Aurora, LadyKate, Sais 2 Cool и Tango
Перевод: Natty
Коллаж: Aurora

ОГОВОРКА:
Все персонажи, которые появляются в сериале "Зена - королева воинов", принадлежат MCA/Universal и Renaissance Pictures. Никаких посягательств на авторские права не было совершено во время написания этого сценария. Все оригинальные персонажи принадлежат авторам и Shipper Seasons.

ПРЕДИСЛОВИЕ:

Крайне пасмурный день, почти все небо затянуто серыми облаками; заметно лишь несколько синих пятнышек. Вид сверху на дорогу среди низких холмов, вдалеке видна деревня или маленький город. Дорога весьма переполнена. Камера спускается, показывая трех всадниц - Зену, Габриель и Еву. На Зене и Габриель надеты те же самые пальто, какие были на них в Северных Землях в "Рейнском Золоте", и подобное пальто на Еве. Похоже, день довольно холодный; в воздухе виден пар от дыхания.

ЗЕНА:
     Говорила, надо было срезать через лес. Мы бы не попали в эту праздничную пробку и уже добрались бы.

 

ГАБРИЕЛЬ (немного отвлеченно):
     Я же не знала, что здесь столько народа.

ЕВА (сильней закутывается в пальто):
     Мне не хочется застрять на дороге в такой холод. Если погода не улучшится, то Солнцестояние мы встретим в кровати, напичканные лекарствами.

ЗЕНА:
     Нет, такое мы не можем себе позволить в любое время года.

ЕВА (поднимает руку и смотрит на свой рукав):
     Смотрите, снег! Идет снег!

ГАБРИЕЛЬ (задумчиво смотрит вдаль):
     Жители северных стран считают, что настоящее Зимнее Солнцестояние невозможно без снега. Они его называют Белое Солнцестояние.

ЗЕНА (в шутку):
     Может, тот бог, который отвечает за погоду, плохо знает географию и принес по ошибке белое Солнцестояние нам вместо северян.

ГАБРИЕЛЬ:
     Возможно. (ее улыбка слегка проясняется) Я рада, что мы отметим Солнцестояние с моей семьей, в любую погоду. Я уже давным-давно не видела Лилу и Сару ... (вздыхает) ... а уж когда мы последний раз вместе праздновали Солнцестояние, я даже не помню.

ЕВА:
     Да. Плохо, что я не взяла с собой Климену. Ей бы понравилось... и я по ней уже скучаю.

ЗЕНА (тепло смотрит на нее):
     Я знаю. Но ей хорошо с амазонками, Ева.

ГАБРИЕЛЬ (задумчиво):
     Интересно, Хаймон и Дарион уже в Потейдии?

ЗЕНА:
     Думаю, да. Они уехали сразу после... (ее голос прерывается, и она неловко смотрит на Габриель)

ГАБРИЕЛЬ (опустив голову):
     Надеюсь, с Дарионом всё хорошо.

ЗЕНА:
     Конечно. Хаймон не позволит ничему с ним случиться. Он не мог бы лучше заботиться о Дарионе, даже будь он его собственным...

ГАБРИЕЛЬ (поднимает голову):
     Я не об этом говорила.

ЗЕНА (вздыхает и кивает):
     Да... (понимающе смотрит на Габриель) С Дарионом всё будет хорошо.

ГАБРИЕЛЬ (тихо):
     Не всё было хорошо, когда он уезжал с Хаймоном. (с внезапной страстностью) Зена, я - все, что у него есть, а теперь он меня боится. Я показала ему ту себя, которую сама боюсь... (опускает глаза)... а он же ребенок.

ЗЕНА:
     Габриель, конечно, он испугался... Но страх пройдет. Дарион любит тебя.

ГАБРИЕЛЬ:
     Не знаю, будет ли когда-нибудь всё как раньше. (вздыхает) Раньше я не раз спрашивала себя, подходит ли мне путь воина... Но теперь мой путь затронул и Дариона.

ЕВА (немного неловко):
     Знаешь, говорят Зимнее Солнцестояние - время прощения и примирения...

ЗЕНА (смотрит на Габриель):
     Будем на это надеяться.

ГАБРИЕЛЬ (улыбается, чтобы снять напряжение):
     Будем просто надеяться, что мирно отпразднуем Солнцестояние с моей семьей. Может быть, Дарион заразится праздничным весельем. (смотрит на Еву) И нас всех тоже ждет приятный сюрприз.

ЗЕНА (осторожно):
     Какой сюрприз?

ГАБРИЕЛЬ (чуть усмехается):
     Если я тебе скажу, сюрприза не получится.

ЕВА (едва не врезается в другого наездника):
     Извините.

ЗЕНА (закатывает глаза):
     Такими темпами сюрпризом будет, если мы доберемся в Потейдию до Солнцестояния.

СМЕНА КАДРА

Зена, Габриель и Ева едут по дороге Потейдии. Начинается снег, белые пушистые снежинки падают на землю. Многие дома украшены лентами, плющом, венками, красными цветами и прочей праздничной атрибутикой.

ГАБРИЕЛЬ:
     Мы почти на месте. Дом Лилы с другой стороны рынка.

Вдалеке слышны приглушенный шум и крики.

ЗЕНА (поднимает бровь):
     Кажется, некоторые люди слишком любят праздновать.

Они едут дальше, шум становится громче.

СМЕНА КАДРА

Зена, Габриель и Ева въезжают на рынок и на миг останавливаются. Они видят перед собой невообразимый хаос, огромная толпа беснуется. Камера показывает двух стариков, дерущихся на тростях как на мечах.

СТАРИК №1:
     Это моя елка. Моя, говорят тебе!

Камера дает другие сцены "баталий": двое мужчин вцепились в волосы друг другу, две женщины мутузят друг друга кулаками, женщина запрыгнула мужчине на спину и лупит его кулаком по голове, пока он безуспешно пытается ее сбросить.

ЗЕНА (с кривой ухмылкой):
     Вот вам и прощение с примирением.

ГАБРИЕЛЬ (женщине, которая проскакивает мимо них, со сбившимся набок платком и исцарапанным лицом):
     Что здесь творится?

ЖЕНЩИНА (пытается отдышаться и перекрикивает шум):
     Все сошли с ума из-за елок, пытаются урвать последние!

Как будто иллюстрируя ее слова, мимо них протискивается мужчина, дико вращающий глазами, держащий в охапку ель и пытающийся бежать, несмотря на свою ношу.

ЕВА (потрясенно):
     Драка из-за елок? Но Солнцестояние должно быть временем любви и...

Она вздрагивает и едва успевает уклониться, как мимо нее проносится сапог, нацеленный в мужчину с елью, чуть не попадая ей в голову.

ЗЕНА (заканчивает за Еву с кривой ухмылкой):
     ... мира.

ГАБРИЕЛЬ:
     А что, елок всем не хватает?

ЖЕНЩИНА (восстанавливает дыхание):
     Ужас, такой кошмар. У Филемона и Кариссы, той пары, что обычно продают елки, был пожар, у них всё сгорело. Десять дней назад. Всё дотла. Понаехали другие торговцы, привезли несколько елок, нагрели свои руки, да и ноги тоже. Но все равно деревьев мало, очень мало.

Она поправляет свой платок и уходит.

ЗЕНА:
    Мы должны что-нибудь сделать, чтобы этот новый дух Солнцестояния не прижился.

Она спешивается; Габриель и Ева делают то же самое, и все направляются в гущу драки. Как раз тогда из толпы доносятся два мужских голоса.

ГОЛОС №1 (от камеры):
     Остановитесь! Да проявите же благоразумие!

ГОЛОС №2 (от камеры):
     Не лезь не в свое дело!

ГАБРИЕЛЬ:
     Хоть кто-то здесь еще обладает рассудком.

Те два старика все еще дерутся на тростях. Ева подходит к ним и пытается развести их в стороны.

ЕВА:
     Перестаньте, ведь Солнцестояние...

СТАРИК №1:
     Юная леди, проявите хоть какое-то уважение к возрасту!

ЕВА:
     Так и ведите себя по возрасту.

Старики замахиваются на нее тростями. Ева парирует удар, легко разоружает их и бросает трости в разные стороны.

СТАРИК №2 (ворчит):
     Что за наглая девчонка!

СТАРИК №1 (качает головой):
     Ну и молодежь пошла...

Оба старика, прихрамывая, расходятся в разные стороны за своими тросточками.

ЕВА:
     Вот так, и больше не приближайтесь друг к другу.

Камера показывает Зену и Габриель, пытающихся развести дерущихся людей. На них нападают несколько хулиганов, и мы видим, что они используют кое-какие свои приемы, несмотря на мешающие пальто. Габриель умудряется пнуть одного нападавшего, так что он растягивается на спине, Зена наносит удар в обратном направлении, обеими руками, сбивая с ног огромного мужчину и равную по величине огромную женщину, которые хотели было напасть сзади. По воздуху проносится большая палка, приземляясь у ног Габриель. Она поднимает палку, мгновение смотрит на нее, подбрасывает в руках и начинает использовать как шест.

Зена, Габриель и Ева пробиваются сквозь толпу, драка начинает прекращаться, и в толпе становится виден мужчина, пытающийся примирить дерущиеся стороны.

ГАБРИЕЛЬ (останавливается в изумлении):
     Небеса, это Хаймон!

Удар в спину застает ее врасплох, и она растягивается лицом вперед.

ЗЕНА (встревожено):
     Габриель!

ГАБРИЕЛЬ (переворачивается и использует новоприобретенный шест, чтобы парировать другой удар от высокой раскрасневшейся, растрепанной женщины):
     Я в порядке.

Она встает. Камера показывает Хаймона, он останавливается, оборачивается и улыбается, увидав трех женщин.

ХАЙМОН:
     Зена, Габриель! Ева! (идет к ним) Рад вас видеть!

ГАБРИЕЛЬ (улыбается):
     Хаймон. (они обнимаются) Что ты здесь делаешь? Пытаешься установить мир?

ХАЙМОН:
     Не знаю, поверите ли, но я пришел сюда за елкой для твоей сестры.

ГАБРИЕЛЬ:
     О нет. Не говори, что у Лилы и Сары нет елки.

Хаймон печально качает головой.

ГОЛОС (за кадром):
     Послушайте, люди!

Камера показывает довольно тучного мужчину в расшитой золотом пурпурной меховой накидке и столь же дорогих кожаных сапогах, стоящего на площадке, обнесенной высоким частоколом, охраняемом пятерыми угрожающе выглядящими качками. Внутри пусто, если не считать несколько сломанных еловых лап и иголок, валяющихся на земле.

МУЖЧИНА:
     Деревья закончились.

По толпе проносится разочарованное "Уууу!". Габриель, Зена и Ева выглядят расстроенными.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Зена подходит к торговцу и одаривает его косым взглядом.

ЗЕНА:
     А ты, похоже, здесь неплохо подзаработал.

МУЖЧИНА В ТОЛПЕ (горько):
     Да, двенадцать динаров за ель!

ТОРГОВЕЦ (елейно):
     Спокойно, спокойно. Если на то пошло, мы с помощниками спасли вашему очаровательному городку Солнцестояние. Мы проехали пол-Греции в поисках этих деревьев - конечно, мы имеем право на небольшое вознаграждение за наши старания. Да, у вас случилась ужасная трагедия, но что делать. (прикладывает руку к сердцу) Только помните, нельзя шутить с огнем. (он качает головой с жалостливым вздохом, затем поворачивается к одному из охранников загона) Забирай кассу, и уходим.

 ГРОМИЛЛА:
     Понял, Телумос.

Он берет с земли довольно большой деревянный сундук. Зена задумчиво смотрит Телумосу вслед, он идет к лошади и крытой повозке, стоящему недалеко от загона, забирается в повозку. Один из мужчин садится на козлы и берет в руки поводья, остальные отвязывают своих лошадей и садятся верхом. Они покидают площадь, а разочарованные клиенты, ворча, уходят.

ХАЙМОН:
     Мне очень жаль.

ЗЕНА (поворачивается к нему):
     Пойдем в дом, а потом что-нибудь придумаем.

ЕВА:
     Хорошая идея.

Они возвращаются к своим лошадям и отправляются через площадь, ведя лошадей под уздцы. Хаймон идет рядом с Габриель, Зена и Ева стоят прямо за ними.

ГАБРИЕЛЬ:
     Вы без проблем добрались?

ХАЙМОН:
     Да, всё отлично. Чудесный городок... (посмеивается) ... когда люди не убивают друг друга из-за елок.

ГАБРИЕЛЬ (немного робко):
     Как Дарион?

ХАЙМОН:
     Лила и Сара очень ему обрадовались. (после краткой паузы) С ним всё хорошо. Если только он не объестся сладостями. Он такой сладкоежка.

Краткая тишина.

ГАБРИЕЛЬ:
     Вы говорили о... (ее голос ломается)... ты знаешь...

ХАЙМОН:
     Я пытался. (он вздыхает) Но он не хочет говорить об этом. (неохотно) В первый день он вообще не разговаривал... ему здорово досталось, а тут еще это. (крупный план Габриель, она опускает голову, на ее лице виноватое выражение) Мне кажется, он примирится с... тем, что случилось. (он накрывает руку Габриель своей) Он не сердится на тебя.

ГАБРИЕЛЬ (горько):
     Нет, не сердится. Он только до смерти меня боится.

ХАЙМОН:
     Я думаю, Дарион знает, что ты никогда не причинила бы ему вреда.

ГАБРИЕЛЬ (задумчиво):
     Надеюсь... Для восьмилетнего, на него слишком много свалилось. Я хотела, чтобы он знал, что со мной он будет в безопасности, а сама...

ХАЙМОН:
     Габриель ... он поймет.

СМЕНА КАДРА

 

Маленький дом с большим огороженным двором, земля слегка припорошена снегом. К двери подходят Габриель и Хаймон, за ними следуют Зена и Ева. Габриель стучит. Дверь открывается, показывается Сара.

САРА (широко улыбается):
     Габриель! Наконец-то! Как я тебе рада. И Зена - и Ева - вы и Хаймона с собой привели!

ЛИЛА (подходит, улыбаясь):
     Габриель! (сестры обнимаются, затем Лила поворачивается к Хаймону) Ты принес ель?

ХАЙМОН:
     Боюсь, что... это длинная история.

ЛИЛА (выглядит немного разочарованной):
     А. Ну, входите, входите, а потом всё расскажете. (улыбается) Внутри намного теплее.

Габриель видит позади Лилы и Сары Дариона. Он смотрит на нее, распахнув глаза, немного нервно.

ГАБРИЕЛЬ (с тревогой):
     Привет, Дарион.

Дарион секунду не двигается. Его лицо выражает смесь эмоций: сомнение, волнение, страх, радость. Долгая напряженная пауза, пока Габриель и Дарион смотрят друг на друга, за ними тревожно следят Зена, Ева и Хаймон.

И затем Дарион пулей бросается к Габриель.

ДАРИОН:
     Габриель! (он охватывает ее руками, обнимая за талию, и прижимается щекой к ее животу, закрывая глаза) Я скучал без тебя.

ГАБРИЕЛЬ (обнимает его и поглаживает его волосы, со слезами на глазах):
     Я тоже без тебя скучала...

Камера показывает Зену, Еву и Хаймона, облегченно улыбающихся.

СМЕНА КАДРА

В доме Лилы и Сары. Все сидят вокруг очага, в котором горит уютное пламя. Дарион сидит возле самого огня, грея руки и потирая их. Габриель сидит между Лилой и Хаймоном. Хаймон берет ее за руку и нежно поглаживает, она улыбается ему. Зена, сидящая напротив них, замечает это и улыбается тепло, но немного задумчиво.

ГАБРИЕЛЬ:
     Прошло столько времени с тех пор, как я вот так сидела со своей семьей, ничего не делая.

ЗЕНА:
     Ничего не делая? Не забывай, нам по-прежнему нужно найти елку.

ХАЙМОН:
     Достойное занятие для Королевы Воинов.

ГАБРИЕЛЬ (вздыхает):
     А я-то думала, не будет ни врагов, ни попавших в беду невинных.

ДАРИОН (поворачивается с тревогой):
     Но у нас будет елка, правда?

ГАБРИЕЛЬ (тянется к нему и похлопывает его по плечу):
     Конечно, у нас будет елка, солнышко.

ДАРИОН:
     И у нас будет самый лучший праздник.

ЛИЛА (вздыхает, вспоминая):
     Солнцестояние - замечательное время, если можно провести его с родными, с теми, кого любишь... (она обнимает Габриель и Сару) Как я рада, что вы здесь.

ДАРИОН (оглядывается на них):
     Мои мама и папа всегда пели песни на Солнцестояние. (мечтательно) У мамы был такой красивый голос. А мы будем петь песни?

ГАБРИЕЛЬ (бросает на него обеспокоенный взгляд):
     Конечно, будем. Зена, может, начнешь?

ЗЕНА (качает головой):
     Я не знаю никаких песен на тему Солнцестояния.

ГАБРИЕЛЬ:
     Все знают песни Солнцестояния. (поддразнивающе) И у тебя прекрасный голос. (Зена смотрит на нее с поддельным раздражением) Ну брось, Зена. Дарион хочет послушать песни. Ну пожааалуйста?

ЗЕНА:
     Боюсь, придется вам петь без меня.

ГАБРИЕЛЬ (Дариону):
     Дарион, давай тогда покажем ей, как весело распевать песни Солнцестояния, да?

ДАРИОН (счастливо):
     Значит, мы будем петь?

ГАБРИЕЛЬ (кивает):
     Да. У тебя есть какие-то любимые?

ДАРИОН:
     "Ночь Солнцестояния". Самая лучшая песня.

ГАБРИЕЛЬ (улыбается):
     Хм... Кажется, я ее не помню. Давай, ты сам начнешь, а я подпою.

ДАРИОН (сомневаясь):
     Я?

ГАБРИЕЛЬ:
     Давай. У тебя замечательный голос. (поддразнивающе) Даже лучше, чем у Зены.

ДАРИОН:
     Хорошо ... (он прокашливается и начинает петь)
    Это Солнцестояния ночь,
    Спит природа и всё вместе с ней...

Дарион поет, Габриель придвигается поближе к нему и, с долей осторожности, кладет руки ему на плечи.

ГАБРИЕЛЬ (присоединяясь к Дариону):
     Как наступит весна,
     Вновь проснется она
     Духи станут сильней...

Они останавливаются и улыбаются друг другу.

ГАБРИЕЛЬ:
     Да, конечно, я вспомнила... Моя мама тоже ее пела. (смотрит на Лилу) Ты помнишь, Лила? Мама пела ее нам, когда она укладывала нас спать на Солнцестояние, она садилась к нам на кровать...

ЛИЛА (кивает, немного задумчиво):
     Я помню. Я всегда засыпала раньше, чем песня заканчивалась.

ГАБРИЕЛЬ (посмеивается):
     А потом ты просила ее снова спеть, каждую ночь Солнцестояния, каждый раз надеясь, что теперь-то не уснешь и дослушаешь.

ЛИЛА:
     Да... (смотрит на Сару) Я тоже пела ее Саре, когда она была маленькой. Это стало семейной традицией.

САРА (улыбается):
     Только я никогда не засыпала, пока ты пела.

ДАРИОН:
     Давайте споем еще! Эй, давайте споем все вместе!

ГАБРИЕЛЬ:
     Да. Почему нет? (смотрит на Зену, затем на Хаймона) Вы поучаствуете?

ЗЕНА:
     Нет, развлекайтесь без меня. Я посмотрю. И послушаю.

ХАЙМОН:
     Поверь, тебе не захочется слушать, как я пою.

ГАБРИЕЛЬ (смеется):
     Ладно. Но... Я уверена, вы подхватите дух Солнцестояния.

Зена и Хаймон кивают, Габриель смотрит на Лилу, Сару и затем на Дариона. Все, кроме Зены и Хаймона, начинают петь. Те двое сидят и слушают.

ГАБРИЕЛЬ, ЛИЛА, САРА и ДАРИОН (поют):
     Это Солнцестояния ночь,
     Серебро рассыпает луна.
     Солнце встанет, прогонит тьму прочь,
     И воспрянет весь мир ото сна
     И рождению света все поют...

Поющие голоса начинают исчезать в общем фоне, нам показывают Зену, которая сидит, молча смотря на них, они улыбаются. Габриель крепче обнимает Дариона, и он чуть откидывается к ней. Они явно наслаждаются праздником. Хаймон придвигается ближе к ним и кладет руку на плечо Габриель, тоже подхватывая песню. Камера возвращается к Зене, которая чуть улыбается.

СМЕНА КАДРА

Спальня с двумя кроватями и детской кроваткой, освещенная свечой. Габриель заканчивает укладывать Дариона в постель.

ГАБРИЕЛЬ (целует Дариона в лоб):
     Сладких снов, Дарион.

ДАРИОН (сонно бормочет):
     Спокойной ночи, Габриель...

СМЕНА КАДРА

Габриель выскальзывает из спальни и направляется в гостиную, которая теперь опустела, там только Зена, стоящая у окна, и глядящая в окно. В очаге потрескивает огонь.

ГАБРИЕЛЬ:
     Где все?

ЗЕНА:
     На кухне.

ГАБРИЕЛЬ:
     Тебе стоило спеть с нами, Зена. Даже Хаймон пел, хотя ему явно медведь на ухо наступил.

ЗЕНА:
     Ты же знаешь, я не пою на людях.

ГАБРИЕЛЬ:
     Я знаю. (подходит к Зене и кладет руку ей на плечо) Но сейчас Солнцестояние. Попробуй впустить в себя его дух.

ЗЕНА (вздыхает):
     Просто для меня этот день не значит столько, сколько для тебя.

ГАБРИЕЛЬ (улыбается):
     Перестань, Зена. У всех есть любимые детские воспоминания о Зимнем Солнцестоянии.

ЗЕНА (поворачивается к ней):
     Мои не из числа любимых.

ГАБРИЕЛЬ (ее улыбка исчезает):
     Зена... Прости, я не знала...

ЗЕНА (грустно улыбается и качает головой):
     Да ладно. Это такая глупость. (отводит глаза) Мама обожала Солнцестояние и его дух. Она всегда старалась помочь тем, кому в жизни повезло меньше, чем нам, давала им пищу, кров, помогала, чем могла. И как-то в канун Солнцестояния, когда мне было восемь, она впустила в дом бедного старика, проходившего через Амфиполис. Она пригласила его на ужин, а потом мы все вместе пели песни Солнцестояния…

ГАБРИЕЛЬ:
     И затем?..

ЗЕНА:
     И затем наступило утро Солнцестояния, я, Торис и Лайкус проснулись - и старик ушел, ушел со всеми нашими неразвернутыми подарками. (горько смеется) Вот и весь дух Солнцестояния.

ГАБРИЕЛЬ (кладет руку ей на плечо):
     Мне жаль. (улыбается) Но знаешь что? Мы устроим самое лучшее Солнцестояние в мире и поможем тебе оставить все грустные воспоминания позади.

ЗЕНА (улыбается ей в ответ):
     Да, по сравнению со всем остальным, что мне надо оставить позади, это такая мелочь.

ГАБРИЕЛЬ (смотрит на нее с любопытством):
     Тебя еще что-то беспокоит?

ЗЕНА:
     Нет.. не то, что беспокоит. (от знающего взгляда Габриель) В общем, когда мы все сидели у очага, я вспомнила...

ГАБРИЕЛЬ (мягко):
     Что вспомнила?

ЗЕНА (встряхивает головой, смущенно):
     Ферму...

ГАБРИЕЛЬ (с понимающей улыбкой):
     Зена, если встречаешься с Богом Войны, тебе не стоит рассчитывать на уютные вечера у камина со своим приятелем.

ЗЕНА (мягко смеется):
     Да...

Входит Ева.

ЕВА:
     Так что будем делать с елкой?

ЗЕНА:
     Хороший вопрос.

ЕВА:
     Сара сказала, что за деревней есть хвойная роща. Может быть, возьмем ель там?

ГАБРИЕЛЬ (потрясенно):
     Не в Роще Нимф!

ЗЕНА:
     Почему?

ГАБРИЕЛЬ:
     Это - местная традиция, мы не рубим там деревья... они посвящены нимфам. (извиняющимся тоном) Возможно, я больше не верю в такие вещи, но все-таки нельзя прийти и срубить там...

ЗЕНА (с кривой усмешкой):
     Невинное дерево?

ГАБРИЕЛЬ:
     А, давай, смейся. (возмущенно) Зимнее Солнцестояние - это праздник в честь возрождения природы, а ты предлагаешь встретить его, вырубив прекрасную рощу.

ЗЕНА:
     И что? Прекрасная роща не обеднеет от одного дерева. (пожимая плечами) Видела одно дерево - видела их все.

ГАБРИЕЛЬ (предупреждающе вскидывает руки):
      Зена! Что будет, если все станут рассуждать, как ты?

ЗЕНА (невозмутимо):
     Я знаю, что будет, если ты станешь рассуждать как я. У нас будет елка.

ЕВА (неуверенно переводит взгляд с Зены на Габриель):
     Габриель... Ты же обещала Дариону елку. Мы ведь хотим, чтобы у него было хорошее Солнцестояние?

Габриель смотрит на нее, очевидно колеблясь.

ЗЕНА (усмехается):
     Роща Нимф, держись, мы идем.

ГАБРИЕЛЬ (вздыхает):
     Хорошо... мы пойдем туда утром и срубим ель. (смотрит на Зену и улыбается) Тебе я тоже обещала, да?

ЗЕНА:
     Обещала что?

ГАБРИЕЛЬ:
     Что мы устроим лучшее Солнцестояние.

Зена подходит к Габриель и Еве и обнимает их за плечи.

ЗЕНА (тепло улыбается):
     Я в этом не сомневаюсь. (сжимает их плечи и отпускает) А теперь по кроватям. У нас был длинный день.

Они идут к двери, которая распахивается, и входит Хаймон, нагруженный дровами.

ХАЙМОН:
     Привет. Я решил, что стоит добавить огня.

Он бросает несколько деревяшек, и огонь вспыхивает ярче, освещая его и Габриель лица.

ЗЕНА:
     Спасибо, Хаймон. Спокойной ночи.

ЕВА:
     Спокойно ночи, Хаймон.

Зена и Ева уходят. Габриель и Хаймон стоят у очага, продолжают смотреть в огонь.

ГАБРИЕЛЬ:
     Хаймон? (Хаймон поворачивает голову и смотрит на нее, с надеждой и с некоторой тревогой. Она берет его руки в свои) Спасибо, что позаботился о Дарионе.

Они продолжают держаться за руки, смотря друг на друга в свете от очага.

 

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Кухня. Утро, в окно видно небо - ярко-синее. Зена, Габриель, Хаймон, Ева, Дарион и Лила сидят за столом, заставленным фруктами и блинами, близко друг к другу, поскольку стол слишком мал для такой большой компании. Дарион сидит между Габриель и Хаймоном. Входит Сара с кувшином и начинает разливать по чашкам молоко.

САРА:
     Значит, вы решили пойти за елкой в Рощу Нимф.

ГАБРИЕЛЬ (гримасничает):
     Не повторяй. (с искусственной улыбкой) По крайней мере, будет приключение.

ЗЕНА (искоса):
     Да, вдруг за нами погонятся нимфы, и мы с ними подеремся.

ЕВА:
     Габриель, чуть не забыла. Ты ведь обещала нам сюрприз.

ДАРИОН (поднимает голову, оживляясь):
     Будет сюрприз?

ГАБРИЕЛЬ (улыбается):
     Ждите. Он случится в любую минуту.

ДАРИОН:
     Можно мне тоже пойти за елкой?

ГАБРИЕЛЬ:
     Ну конечно. (показывает на чашку) Если выпьешь молоко.

Дарион собирает чашку и делает глоток, затем морщится и выплевывает молоко.

ДАРИОН:
     Фууу! Какая гадость.

ГАБРИЕЛЬ (строго):
     Дарион! Милый, нехорошо так говорить.

ДАРИОН:
     Я правду говорю. Ты попробуй.

ГАБРИЕЛЬ:
     Это очень хорошее молоко. Сара доила корову сегодня (пробует молоко в своей чашке, затем вздрагивает и морщится) утром. (смотрит на Сару) Он прав. Молоко скисшее.

САРА (пораженно):
     Не может быть, я доила ее меньше часа назад. (нюхает молоком, затем осторожно пробует на язык) Да... Скисло, точно. Простите. Тогда остается только вода.

Она берет чашки и выливает молоко назад в кувшин, затем идет вымыть чашки в тазе. Раздается стук в дверь.

ДАРИОН (взволнованно):
     Эй, у нас еще гости!

ГАБРИЕЛЬ (улыбаясь):
     Может быть, это сюрприз.

Лила встает из-за стола. Габриель идет за ней.

СМЕНА КАДРА

Входная дверь. Лила открывает дверь. На крыльце стоят Вирджил с его братом и сестрой - Карой, лет тринадцати на вид, и Теоном, лет одиннадцати. Они все в пальто.

ГАБРИЕЛЬ (улыбается):
     Вирджил! Хорошо, что ты смог приехать.

ВИРДЖИЛ:
     Спасибо за приглашение, Габриель.

Вирджил и Габриель обнимаются.

ГАБРИЕЛЬ (Лиле):
     Лила, это мой хороший друг Вирджил, он - сын Джоксера... Ты же помнишь Джоксера, да?

ЛИЛА:
     Конечно. Рада познакомиться.

ГАБРИЕЛЬ:
     А это его брат и сестра, Кара и Теон. Идемте.

СМЕНА КАДРА

Кухня. Габриель входит в сопровождении Вирджила, Кары и Теона, они уже без пальто.

ЕВА (выглядит радостной, но слегка смущенной):
     Вирджил! (улыбается детям) И Кара, и Теон. (Габриель) Это и есть твой сюрприз?

ГАБРИЕЛЬ:
     Да - я написала Вирджилу в Афины и попросила приехать к нам на Солнцестояние.

ЕВА (негромко):
     Я рада снова тебя видеть, Вирджил.

ВИРДЖИЛ:
     Я тоже рад, Ева.

Крупные планы лиц Вирджила и Евы, смотрящих друг на друга немного напряженно, затем улыбаясь.

СМЕНА КАДРА

Гостиная, все сидят у очага. Снаружи слышны крики и смех детей.

СМЕНА КАДРА

Двор перед домом. Дарион, Кара и Теон бегают, играя с мячом.

СМЕНА КАДРА

Гостиная.

САРА (смотрит в окно, немного задумчиво):
     Дарион прекрасный мальчик, Габриель. Тебе с ним повезло.

ГАБРИЕЛЬ (задумчиво кивает):
     Да... Я знаю.

ЗЕНА (встает):
     Ну что, отправляемся за елью?

ЕВА:
     Я лучше останусь и помогу украшать дом.

ВИРДЖИЛ:
     Прекрасная идея. Я тоже могу помочь.

СМЕНА КАДРА

Зена, Габриель и Хаймон, тепло одетые, выходят из дома. Габриель подходит к Дариону, который бегает вокруг дома с Карой и Теоном, все еще играя в мяч. Она разговаривает с ним, Зена и Хаймон смотрят на них (мы не слышим, что она говорит). Дарион отрицательно качает головой и возвращается к игре с Карой и Теоном, Габриель возвращается к Зене и Хаймону, и они идут к сараю за домом.

СМЕНА КАДРА

Зена, Габриель и Хаймон входят в сарай.

ХАЙМОН:
     Дарион в восторге от новых друзей.

ГАБРИЕЛЬ (кивает):
     Для него хорошо побыть с другими детьми.

Они подходят к лошадям, и Зена поглаживает морду Арго.

ЗЕНА:
     Привет, девочка, с добрым утром. (Арго ржет) У меня для тебя хорошие новости. Мы идем гулять.

Арго тычется носом в Зену. Зена улыбается, затем останавливается, недоуменно глядя на Арго: ее грива... заплетена в косички.

ЗЕНА (смотрит на Арго, не в силах поверить):
     Это странно. (Арго ступает на свет, и Зена замечает, что ее хвост тоже заплетен) А это еще странней.

ГАБРИЕЛЬ:
     Что?

ЗЕНА:
     Арго навестил цирюльник.

ГАБРИЕЛЬ (смотрит на свою лошадь):
     Не только Арго. Ты посмотри на это.

ХАЙМОН:
     Все лошади такие.

ГАБРИЕЛЬ (улыбается):
     Лично я думаю, что им очень идет.

Зена закатывает глаза, Арго ржет и трясет головой.

ЗЕНА (смеется):
     Арго, кажется, с тобой не согласна.

ХАЙМОН:
     Зачем кому-то это делать?

ЗЕНА:
     Дурной вкус?

ГАБРИЕЛЬ:
     Да ладно вам, это просто чья-то шутка. Не о чем беспокоиться. Пойдемте.

ЗЕНА:
     Ну нет. Ты можешь идти куда угодно с лошадью, похожей на стриженого пуделя, но не я. (Арго с негодованием ржет) Ты ведь не хочешь показываться миру в таком виде, верно, девочка? (Арго снова ржет; Зена смотрит на Габриель и Хаймона) Видите, она сказала нет.

Зена начинает расплетать гриву Арго.

СМЕНА КАДРА

Зена, Габриель и Хаймон едут по Потейдии.

СМЕНА КАДРА

Возле дома Лилы. Ева и Вирджил украшают дом, развешивая плющ, ленты и длинные гирлянды с искрящимися стеклянными и медными висюльками на них. Стекло и металл ярко блестят на солнце. Дети играют во дворе, иногда останавливаясь, чтобы посмотреть на украшения, развешиваемые Евой и Вирджилом. Ева и Вирджил смотрят друг на друга, пока Вирджил не нарушает тишину.

ВИРДЖИЛ:
     Ева... это ведь твое первое Солнцестояние, которое ты встретишь с Зеной и Габриель?

ЕВА (ее глаза, кажется, немного затуманены):
     Да, первое. (она счастливо улыбается, вспоминая) В детстве я так любила Солнцестояние. Мы с Ларусом не ложились допоздна в канун Солнцестояния, дожидались, пока наши родители... (вздыхает) ... то есть, мои приемные родители... заснут, а потом втихаря смотрели подарки, и они ничего не знали. Это было так весело. (ее улыбка становится задумчивой) Так было, пока родители нас не поймали однажды ночью. Потом они стали прятать подарки там, где мы не могли их найти.

ВИРДЖИЛ (дарит ей удивленный, теплый взгляд):
     Правда? Ты не поверишь, но со мной было точно так же. Я тоже вставал ночью и смотрел свои подарки, пока мои родители не поймали меня и не стали их прятать.

Ева и Вирджил улыбаются друг другу, затем, полностью осознав, что речь шла о родителях, оба испытывают неудобство. Они отворачиваются и продолжают развешивать гирлянды вокруг двери.

ЕВА:
     Наверное, у каждого есть любимые детские воспоминания о Солнцестоянии.

ВИРДЖИЛ (улыбаясь):
     Мои имеют прямое отношение к твоей матери.

ЕВА (удивлено):
     К маме? Ты ее тогда даже не знал...

ВИРДЖИЛ:
     Когда мне было пять, мой отец ... (он запинается и осторожно смотрит на Еву)

ЕВА (мягко):
     Продолжай, Вирджил. Я... я хочу послушать.

ВИРДЖИЛ (прокашливается):
     ... отец впервые прочел мне один из свитков Габриель. Это была история о Солнцестоянии, когда Зена и Габриель помогли озлобленному королю измениться и впустить в себя дух Солнцестояния, и они спасли приют. Это была такая красивая история. (он улыбается) Я помню, что был просто очарован ею. И сразу понял, что стану бардом как Габриель.

ЕВА:
     Ты знал, кем хочешь быть, с пяти лет?

ВИРДЖИЛ (чуть скромно улыбается):
     Да, похоже на то.

ЕВА:
     Приятно видеть, что ты остался верен своей цели.

ВИРДЖИЛ:
     Я стараюсь. Но у меня остается немного времени на поэзию, после работы в лавке и заботы о Каре и Теоне. Меньше, чем хотелось бы.

ЕВА (виновато смотрит на него):
     Тебе тяжело справляться одному со всем.

ВИРДЖИЛ:
     Всё нормально. (чуть натянуто улыбается) Но я всё же пишу. Возможно, на днях я напишу что-нибудь для тебя.

ЕВА (задумчиво):
     Для меня... (она смотрит на Вирджила и улыбается) Я очень рада, что Габриель пригласила тебя, Вирджил.

ВИРДЖИЛ:
     Я рад, что ты тоже здесь.

СМЕНА КАДРА

За пределами Потейдии. Зена, Габриель и Хаймон едут по холмам.

ГАБРИЕЛЬ:
     Мы уже близко. Роща прямо за тем холмом.

Камера следует за Зеной, Габриель и Евой, они поднимаются на холм и поднимаются на его вершину. Они останавливаются. Камера показывает их лица, они смотрят вниз в изумлении и тревоге. Затем нам дается вид, расстилающийся перед холмом. Там большой участок того, что когда-то, видимо, было рощей, но теперь там лишь одни пеньки, да на земле валяются ветки и иголки.

ГАБРИЕЛЬ (смотрит в тревоге):
     Роща Нимф...

ЗЕНА:
     Кажется, нимфы не особо следили за ней.

ГАБРИЕЛЬ:
     Зена! Это не смешно!

ЗЕНА:
     Что тут смешного? У нас так и нет елки.

ХАЙМОН:
     Видимо, все, кому на рынке не хватило елок, подумали так же, как мы.

ГАБРИЕЛЬ:
     Можете назвать меня идеалисткой...

ЗЕНА (смеется):
     ... и назовем.

ГАБРИЕЛЬ:
     ... но я не могу поверить, что жители Потейдии способны на такое.

ЗЕНА (размышляя, смотрит на нее):
     Возможно, и не способны. Осмотрим место преступления?

ХАЙМОН:
     Что ты надеешься найти?

ЗЕНА:
     Пока не знаю.

Она пинает Арго в бока и съезжает с холма. Габриель и Хаймон обмениваются озадаченными взглядами и следуют за ней.

Спустившись к подножию холма, Зена спешивается и обходит бывшую рощу, тщательно рассматривая землю, пока Габриель и Хаймон остаются верхом, терпеливо дожидаясь.

ЗЕНА:
     Ага!

ГАБРИЕЛЬ:
     Что?

ЗЕНА (поднимает голову с торжествующей усмешкой):
     В холодной погоде есть свои плюсы.

ГАБРИЕЛЬ (передергивает плечами под пальто, ее зубы выстукивают легкую дробь):
     Рада это слышать.

ЗЕНА (указывает на землю):
     Взгляните. Земля была грязной, кто-то оставил свои следы, а теперь они замерзли и полностью сохранились.

ГАБРИЕЛЬ (подъезжает ближе):
     И о чем говорят эти следы?

ЗЕНА (внезапно по-деловому вскакивая на Арго):
     Мы должны разыскать тех ребят, что вчера продавали деревья на рынке.

ХАЙМОН:
     Мы даже не знаем, куда они пошли.

ЗЕНА:
     Мы выясним. Поехали, вы двое, нас ждет работа.

ГАБРИЕЛЬ:
     Но Зена, уже...

ЗЕНА:
     Н-но!

Она уносится со скоростью на холм.

ГАБРИЕЛЬ (заканчивает говорить в пустое место):
     ... канун Солнцестояния.

 

Она поворачивается к Хаймону, пожимает плечами, беспомощно поднимая ладони в жесте "ну что тут будешь делать?".

 

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

В доме Лилы и Сары. Гостиная уже украшена плющом, венками, лентами и гирляндами и выглядит очень по-праздничному. Вирджил Ева и Дарионом, заканчивают развешивать украшения; они размещают вокруг окна нить стеклянных и медных бус. В очаге горит огонь. Снаружи уже стемнело.

ВИРДЖИЛ:
     Почти готово.

ДАРИОН (с восторгом):
     Я так люблю украшать на Солнцестояние. (отходит и оглядывается) Теперь осталась только елка.

ЕВА:
     Не бойся, скоро она будет. (смеется) Ты же знаешь, как мама всегда добивается своей цели.

ВИРДЖИЛ (тоже смеется):
     Да, Зена всегда получает своего плохого парня. Или свою елку.

Входят Лила и Сара, следом бегут Кара и Теон.

САРА:
     Как вы тут? Мы уже закончили наряжать остальную часть.

ЕВА:
     Мы тоже.

ЛИЛА:
     Надо бы зажечь здесь свечи.

Она подходит к очагу, над которым выстроены в ряд маленькие свечки, и принимается зажигать их.

САРА (выглядывает в окно):
     Не знаю, что их так задержало... Роща здесь неподалеку. Они должны были вернуться уже час назад.

ЛИЛА:
     Надеюсь, они не нашли неприятностей.

ЕВА (посмеиваясь):
     Если и нашли, то неприятностям жутко не повезло.

СМЕНА КАДРА

По дороге катится повозка Телумоса, ее сопровождают пять всадников, и один из громила правит повозкой. Снова начинается легкий снежок.

СМЕНА КАДРА

Зена, Габриель и Хаймон мчатся по дороге на всех парах. Вдалеке видны повозка Телумоса и его эскорт.

СМЕНА КАДРА

Зена, Габриель и Хаймон догоняют повозку и замедляют ход.

ЗЕНА:
     Ладно, мальчики. Приготовьте документы.

МУЖЧИНА №1 (непонимающе уставившись на нее):
     Чего?

МУЖЧИНА №2:
     Что ты сказала? Какие еще документы?

ЗЕНА:
     Подошвы сапог вашего главаря.

МУЖЧИНА №1 (правящему повозкой):
     Не обращай внимания. Она ненормальная.

ЗЕНА (вежливо):
     Знаете, люди, которые так говорят, обычно сожалеют об этом...

Она резко дергает за поводья, так что повозка кренится на бок. Мужчина №1 вытаскивает меч и собирается броситься на нее, но Зена отталкивает его ударом левой руки по груди, и он судорожно хватает ртом воздух, она бьет его кулаком в лице наотмашь, сбивая его с его лошади.

ЗЕНА:
     ... если умудряются выжить.

МУЖЧИНА №2:
     Эй! Ты что творишь? (хватается за меч)

ЗЕНА:
     Тебе показать?

Она сгребает его в охапку, пинает и сбрасывает с лошади на другого всадника. Оба мужчины падают. Хаймон направляет свой меч на одного из двух оставшихся мужчин, а Габриель готовит саи.

Пользуясь тем, что Зена выпустила поводья, "водитель" щелкает ими, заставляя лошадь снова идти. Зена выхватывает у него поводья и предупреждающе показывает кулак, поднося поводья к его лицу.

ЗЕНА:
     Еще надо кому-нибудь что-нибудь объяснить? (оглядывается с ослепительной улыбкой) Прекрасно. На чем мы остановились?

ТЕЛУМОС (высовывается из повозки):
     Что происходит?

ЗЕНА:
     А, вспомнила. (она выпускает поводья, предупреждающе взглянув на водилу, и с ничего хорошего не предвещающей улыбкой подходит к Телумосу) Привет, Телумос. Вчера на рынке я не могла не заметить твои превосходные сапоги. Можно мне их посмотреть?

ТЕЛУМОС (раскрыв глаза):
     Ты с ума сошла?

ГАБРИЕЛЬ:
     Давай ты сэкономишь время нам и себе, а заодно и избежишь множества неприятных ощущений. Это вы с приятелями вырубили всю Рощу Нимф?

ТЕЛУМОС (его глаза начинают бегать):
     Не понимаю, о чем ты говоришь.

ЗЕНА:
      Тогда у тебя нет причин волноваться.

Она хватает Телумоса за ворот, толкает его назад, так что его ноги оказываются в воздухе, и срывает с него один сапог. Она осматривает подошву, широко усмехается и показывает сапог Габриель.

ГАБРИЕЛЬ:
     Да, это тот самый. (вздыхает и качает головой, глядя на Телумоса, с возмущенным видом садящегося) Неужели тебе не стыдно?

ЗЕНА:
     Вы сожгли ферму, выращивавшую ели, вырубили рощу и продали деревья крестьянам. (качает головой) И тебе не хватило ума сделать это в обычных сапогах.

 

СМЕНА КАДРА

Дом. Гостиная уже полностью украшена, Лила зажигает ряд свечек, выстроенных в ряд над очагом.

ЛИЛА (входит):
     Вот так.

САРА:
     Всё выглядит потрясающе.

ДАРИОН (указывает на окно):
     Смотрите! Снова снег!

Пока все выглядывают в окно, по комнате проносится странный ветер. Пламя свечей колеблется и гаснет, как и огонь в очаге, оставляя комнату в полутьме. Слышен негромкий звук, чем-то отдаленно напоминающий кудахтанье. Дети испуганно вскрикивают.

КАРА:
     Что это было?

ЛИЛА:
     Понятия не имею. Может быть, ветер...

САРА:
     Ветер? Но все двери и окна закрыты.

ЛИЛА:
     Не бойтесь, сейчас я снова все зажгу.

Она зажигает свечи, затем с помощью одной из них снова разводит огонь в очаге. Вновь слышится тот же кудахчущий звук, только на этот раз громче.

ДАРИОН (взволнованно):
     Мне страшно.

САРА:
     Не бойся, это должно быть, ветер.

ЕВА:
     Скорее, похоже, в доме еще кто-то есть. Или что-то.

СМЕНА КАДРА

Зена, Габриель и Хаймон едут по Потейдии, мимо рынка. Солнце садится, и зимнее небо имеет почти серебряный оттенок. В воздухе кружатся большие снежинки.

ХАЙМОН (Зене, с долей благоговения):
     Просто невероятно, что ты запомнила отпечатки сапог Телумоса и сумела распознать их по единственному следу на снеге.

Зена выглядит довольной.

ГАБРИЕЛЬ (поддразнивающе):
     Сейчас она скажет, что у нее много талантов.

ЗЕНА:
     Ничего подобного. Это лишь внимательность.

Они едут мимо дома, в окнах которого вдруг гаснет свет, и изнутри доносятся удивленные и недовольные выкрики.

ГАБРИЕЛЬ (вздыхает):
     Конечно, с Телумосом и его бандой мы разобрались, они в тюрьме, но елки у нас так и нет. (в шутку, Зене) Может, если ты будешь очень внимательной, то сможешь отыскать ее для нас.

ЗЕНА (без тени улыбки):
     Очень смешно.

В очередной раз огни в окне дома, мимо которого они проезжают, гаснут, и из дома доносятся крики. Слышен женский голос, спрашивающий: "Что творится?"

Из дома под изумленным взглядом Зены выскальзывает и расползается по земле тень, ненамного темнее дыма, идущего из трубы. Вторая тень сползает со стены другого дома перед ними, где тоже потемнело в окнах.

ЗЕНА:
     Смотрите, что там? (указывает на тени, которые уже исчезли в снегу)

 

ГАБРИЕЛЬ (глядит в темноту):
     Я ничего не вижу.

ХАЙМОН:
     Я тоже.

ЗЕНА:
     Что я говорила о внимательности?

СМЕНА КАДРА

В доме Лилы и Сары. Все как будто неплохо проводят время: Вирджил и Ева сидят на табуретках возле очага, тихо разговаривая, а дети сидят на ковре на полу, поглощая с огромного блюда орехи.

ЛИЛА (входит, неся поднос с глиняными кружками на нем):
     Всем горячий сидр!

Внезапно в комнате снова дует странный ветерок. Вирджил и Ева поворачиваются. Дети прекращают есть и испуганно оглядываются.

В комнате появляются две едва заметные синевато-серые тени, и так быстро проскальзывают по ней, что их едва можно успеть заметить. Они проносятся по свечам на полке над очагом, гася их, и затем сквозь очаг, так что огонь тоже исчезает. Они растворяются в темноте, и вновь слышно слабое кудахтанье. Лила вскрикивает и роняет поднос, который с громким грохотом падает. Дети кричат. Ева подбегает обнять Дариона, а Вирджил обнимает Кару и Теона.

ЕВА:
     Всё хорошо, Дарион, всё хорошо.

САРА (прибегает):
     Что случилось?

КАРА:
     Свечи и огонь снова погасли!

ДАРИОН:
     Вы их видели?

САРА:
      Их?

ТЕОН:
     Такие прозрачные!

ЛИЛА (дрожащим голосом):
     По-моему, в доме привидения!

ВИРДЖИЛ:
     Все сохраняют спокойствие. И зажжем свечи.

ТЕОН (беспокойно):
     А они придут и снова их погасят!

Ева начинает зажигать свечи, слышится хлопанье двери, и все испуганно оборачиваются.

ЗЕНА (от камеры):
     Мы вернулись!

ЛИЛА (вздыхает):
     Ох... хвала богам!

ДАРИОН:
     Габриель!

Он несется к Габриель, едва они с Хаймоном входят в комнату. Дарион хватает ее за руки, испуганный.

ГАБРИЕЛЬ (обеспокоено садится на корточки и кладет руки ему на плечи):
     В чем дело, дорогой? Тебя кто-то напугал?

ДАРИОН (изо всех сил старается не заплакать):
     Привидения.

ГАБРИЕЛЬ (хмуро):
     Привидения?

САРА:
     У нас несколько раз гасли свечи и огонь в очаге.

ЕВА:
     И мы точно что-то видели. То ли тени, то ли еще что-то, но они двигались. Они проскользнули по очагу, и огонь сразу же погас.

ЗЕНА (входит):
     Я тоже их видела - на улице. Если это привидения, то в Потейдии их навалом. И во всех домах они гасили огонь.

ВИРДЖИЛ:
     Что это за привидения, не любящие свечей и огня?

Габриель встает, поглаживая Дариона по голове, и задумчиво смотрит на Вирджила. Затем ее глаза вдруг загораются.

ГАБРИЕЛЬ:
     Я знаю! Зена, помнишь, утром гривы и хвосты лошадей были заплетены в косички?

ЗЕНА (закатывает глаза):
     Хочешь сказать, это тоже работа привидений?

ГАБРИЕЛЬ:
     Подожди... Я пытаюсь вспомнить... утром случилось еще что-то странное...

ЕВА (поддразнивая):
     Вы с мамой за весь день не встретили ни одного плохого парня?

ЗЕНА:
     Неправильно. (от удивленного взгляда Евы) Потом расскажу.

ЛИЛА:
     А внезапно скисшее молоко считается?

ГАБРИЕЛЬ:
     Да! Точно! Это не привидения, это Калликантзарои.

ЗЕНА (хмуро):
     Каллика-кто?

ГАБРИЕЛЬ:
     Калликантзарои - духи, появляющиеся только на Солнцестояние. Они довольно вредные, любят устраивать всякие пакости, вот как тушат огонь, сплетают лошадиные гривы, заставляют молоко киснуть...

САРА (заитнтересовано):
     Откуда ты про них знаешь?

ГАБРИЕЛЬ (немного самодовольно):
     Иногда чтение бывает полезно. (улыбаясь) Я однажды читала свиток, о привидениях и духах. Я даже не знала, существуют ли Калликантзарои на самом деле, я подозревала, что они - выдумка. Кажется, нет.

ДАРИОН:
     А они злые?

ГАБРИЕЛЬ:
     Да нет, вовсе нет. Им просто нравится подшучивать над людьми, но они не опасны. И они любят, когда люди смеются.

ЕВА:
     Как от них избавиться?

ГАБРИЕЛЬ:
     От них невозможно избавиться. Когда Солнцестояние закончится, они сами уйдут, вернутся под землю до следующего года. Хотя можно не пускать их в дом... (она морщит лоб, вспоминая) Нужно жечь соль на крыльце перед дверью и у очага. Тогда Калликантзарои не смогут войти - их отпугивает запах горящей соли.

ВИРДЖИЛ:
     Тогда этим мы и займемся.

ЛИЛА:
     Нужно рассказать и другим людям в деревне.

СМЕНА КАДРА

Лила стоит на крыльце, ставит перед дверью горшочек с дымящейся солью. На заднем плане можно увидеть Зену, Габриель, Хаймона, Еву и Вирджила, идущих по дороге и стучащихся в дома.

РАСПЛЫВАНИЕ ИЗОБРАЖЕНИЯ

 

Крыльцо, позже. Уже ночь. Снег перестал падать, но ветви деревьев, крыши и земля - всё покрыто былым. Ярко светит луна, и в ее свете весело искрятся стеклянные и медные бусинки гирлянд, украшающих дом. В окнах дома Лилы горит свет, и он виден также и в окнах других домов дальше по улице. Перед дверью стоит горшочек с солью, из него все еще поднимаются пучки дыма.

Камера пододвигается к одному из окон в доме. Снаружи мы видим Зену, стоящую у окна и задумчиво смотрящую на снег.

СМЕНА КАДРА

В комнате. Зена смотрит из окна на белый снег, засыпавший землю и деревья, и на огни в окнах. К ней подходит Габриель.

ГАБРИЕЛЬ:
     Что делаешь?

ЗЕНА:
     Похоже, твое средство работает. Мы выгнали Ка... духов.

ГАБРИЕЛЬ (стоит рядом с Зеной, вместе с ней смотря в окно):
     Да.

ЗЕНА (задумчиво):
     Я уже так давно не видела такого снега.

ГАБРИЕЛЬ:
     Красиво, правда?

ЗЕНА (улыбается):
     Ты меня спрашиваешь? Я не из тех, кто слагает поэмы о красоте природы.

ГАБРИЕЛЬ (улыбаясь):
     Я думаю, ты ценишь ее больше, чем готова признать.

ЗЕНА (после краткой паузы):
     Знаешь, что забавно? Помнишь, я тебе рассказывала, как  старик остался ночевать у нас дома, в Амфиполисе, а на следующее утро пропали все наши подарки?

ГАБРИЕЛЬ:
     Да.

ЗЕНА:
     Я только сейчас вспомнила, в тот вечер у нас тоже несколько раз гасли свечи. А когда мы с мамой зашли утром в сарай, то хвосты всех коров были связаны в узел.

ГАБРИЕЛЬ:
     Вас навестили Калликантзарои.

ЗЕНА:
     Как ты думаешь, может, это они...

ГАБРИЕЛЬ:
     Ну конечно! Они это тоже обожают делать - красть подарки Солнцестояния.

ЗЕНА (смеется):
     Тогда, возможно, старик все-таки не крал наше Солнцестояние.

ГАБРИЕЛЬ (улыбаясь):
     Хочешь сказать, ты наконец-то снова веришь в дух Солнцестояния?

ЗЕНА (тепло улыбается ей):
     Да, благодаря тебе. После стольких лет ты по-прежнему помогаешь мне видеть во всём хорошее.

 

Они обнимаются, затем прекращают объятие, с нежностью смотря друг на друга.

ГАБРИЕЛЬ (явно тронутая):
     Я же говорила, это будет самое лучшее Солнцестояние.

ЗЕНА (улыбается, стараясь скрыть эмоции):
     Возможно.

Дарион просовывает в дверь голову.

ДАРИОН:
     Эй, Габриель, а где елка, которую ты обещала?

ЗЕНА (ее улыбка исчезает):
     А может, и нет.

Крупный план переживающего лица Габриель.

 

ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

ГАБРИЕЛЬ:
     Дарион, мне жаль, правда... Но боюсь, плохие люди вырубили все деревья.

Дарион выглядит расстроенным, затем его лицо вдруг светлеет.

ДАРИОН:
     А давайте попросим Ареса, а,  давайте? Чтобы он принес елку. Он же может с помощью своих фокусов.

ЗЕНА:
     Сил.

ГАБРИЕЛЬ (смотрит на Зену, чуть поддевая):
     Знаешь, а Дарион ведь прав.

ЗЕНА (резко):
     Габриель, я не собираюсь обращаться к Аресу только затем, чтобы он принес нам елку. Мы говорим о Боге Войны.

Вспыхивает знакомый синий свет. Когда свет исчезает, мы видим Ареса, сидящего на стуле.

АРЕС:
     Звали?

ЗЕНА (вздыхает):
     Привет, Арес.

ДАРИОН (в полном восторге):
     Арес! Ты можешь принести нам елку?

ЗЕНА (твердо):
     Он не собирается приносить нам елку.

АРЕС (встает и игриво смотрит на нее):
     Беспокоишься о моей репутации?

ЗЕНА (посмеиваясь):
     Возможно.

ГАБРИЕЛЬ(поддразнивающе):
     Она права, знаешь ли. Такими темпами, ты скоро станешь спасать котов с деревьев.

АРЕС (направляет на нее палец, изображая возмущение):
     Эй-эй-эй. Тебя тут вообще не спрашивают. (поворачивается к Зене) Так ты хочешь елку или нет?

Дарион открывает рот, но Зена впивается в него взглядом, и он молчит.

АРЕС:
     Я к тому, что если хочешь, то только скажи. У меня есть на примете одна ель на вершине Афона. Ей около трехсот лет...

ДАРИОН:
     Ого!

ГАБРИЕЛЬ (в тревоге):
     Что?! Ты хочешь уничтожить трехсотлетнее дерево? Какой ужас...

АРЕС (усмехаясь):
     Спасибо за дополнительный стимул. (Дариону) Пошли, парень. Я покажу тебе истинный дух Солнцестояния.

Прежде, чем хоть кто-то успевает хоть что-то сказать, он подхватывает Дариона на руки и исчезает во вспышке. В воздухе висит радостный визг Дариона.

ЗЕНА (смотрит на слегка испуганную Габриель и пожимает плечами):
     Это была твоя идея...

СМЕНА КАДРА

Залитая лунным светом скала высоко в горах, где стоит одинокое дерево. Вспышка света; появляется Арес, с Дарионом на руках, и опускает его на землю.

АРЕС:
     На месте. А теперь смотри. Вот что мы делаем с деревьями.

Он поднимает руку, прицеливаясь.

АРЕС:
     Ба-бах. Ты убито.

Он выстреливает молнией с ладони, аккуратно срезая верхнюю половину дерева прямо по ветвям. Дерево качается и падает.

СМЕНА КАДРА

Та же комната, что и раньше. Во вспышке света появляется Арес, с Дарионом на правой руке и елью под левой. Он прислоняет дерево к стене.

АРЕС (усмехается, отпуская Дариона):
     К вашим услугам.

Зена отвечает на его усмешку озорной полуулыбкой.

ГАБРИЕЛЬ (расстроено):
     Это дерево действительно росло на горе?

ДАРИОН (возбужденно):
     Да, на горе! Это было нечто! (поднимает руку) Арес сделал вот так, и...

ГАБРИЕЛЬ (вздыхает):
     Ладно-ладно, подробностей не надо. (впивается взглядом в Ареса) Раз уж оно здесь, будем наряжать.

АРЕС (ухмыляется ей):
     Всегда пожалуйста.

Габриель выходит из комнаты, таща за собой ель.

ДАРИОН (Аресу):
     Счастливого Солнцестояния! (бежит из комнаты за Габриель с воплями) Эй, все, у нас есть елка!

Оставшись одни, Арес и Зена стоят, молча смотря друг на друга.

ЗЕНА (чуть улыбается):
     Не могу поверить... Ты фактически сделал мне подарок на Солнцестояние.

 

АРЕС:
     Что, елку? Это был только шанс хоть что-то уничтожить в канун Солнцестояния. Хотя бы дерево.

ЗЕНА (поддразнивающе):
     Должно быть, тяжелое время года для тебя. Со всеми этими разговором о духе мира...

АРЕС (корча гримасу):
     Не то слово. Но в Солнцестоянии тоже кое-что есть...

ЗЕНА:
     Например?

АРЕС:
     Например, мы с тобой сейчас под омелой.

ЗЕНА (поднимает бровь):
     Мы не стоим под омелой.

АРЕС:
     Стоим. Смотри.

Он направляет палец, и ветка омелы, висящая над дверью, отделяется от дверного косяка, плывет по воздуху и парит прямо над Аресом и Зеной. Зена смотрит наверх, улыбается и качает головой. Они подходят ближе друг к другу и растворяются в нежном, страстном поцелуе. Не прерывая поцелуй, они опускаются на колени на коврике.

Камера показывает Еву, которая подходит к двери и резко останавливается при виде целующихся Зены и Ареса. Она выглядит обеспокоенной. В следующее мгновение она разворачивается и уходит.

Ева идет по коридору. Вирджил подходит к ней, с глиняными кружками в обеих руках.

ВИРДЖИЛ:
     Лила приготовила муслинное вино, я подумал, что ты захочешь.

ЕВА:
     Спасибо. (она берет у него одну кружку и отпивает вино, с отсутствующим выражением лица)

ВИРДЖИЛ:
     Что-то не так?

ЕВА (отвлеченно):
     Что? Аа, нет. Я пойду на улицу, подышу воздухом.

Все еще потягивая вино, она идет к двери, снимая с крючка перед дверью свое пальто, и выходит. Вирджил смотрит ей вслед и кажется несколько обеспокоенным.

СМЕНА КАДРА

Зена и Арес прекращают целоваться, омела все еще висит над ними в воздухе. Они открывают глаза и улыбаются друг другу.

АРЕС:
     До скорого.

Он исчезает во вспышке света. Ветка омелы мягко падает Зене на колени. Зена поднимает ее и созерцательно разглядывает.

СМЕНА КАДРА

Ева стоит на крыльце. Снова падает снег. Ева молча смотрит на снегопад и потягивает вино. Слышно, как позади нее открывается дверь, и выходит Вирджил, тоже в зимнем пальто. Несколько секунд они стоят, не произнося ни слова.

ВИРДЖИЛ:
     Ты так представляла себе это Солнцестояние?

ЕВА (со слабой улыбкой):
     Да. Этот праздник нужно отмечать с родными, я этого давно не делала... да и делала ли вообще?

ВИРДЖИЛ (смотрит на Еву, все еще уставившуюся вдаль):
     Но тебя что-то беспокоит.

ЕВА:
     Да нет... просто... Нужно о многом подумать. (после паузы она поворачивается к нему и снова улыбается) Я не закрываюсь от тебя. Но так странно... видеть маму и Ареса вместе. Я не знаю...

ВИРДЖИЛ (кивает и разглядывает землю):
     А... (снова поднимает голову) Ты до сих пор...

ЕВА (убеждающе):
     Нет! Я не об этом. Здесь другое... (вздыхает) ... просто так легко было бы обвинить его во всем, что я совершила (ее голос дрожит) как Ливия. Особенно... (ее голос прерывается),

ВИРДЖИЛ:
     Ева... (он касается ее руки)

ЕВА (тихо):
     Как ты можешь даже прикасаться ко мне?

ВИРДЖИЛ:
     Ева... Солнцестояние - это время прощения и обновления. Ты нашла новую жизнь, и мы с тобой проделали долгий путь к прощению. Возможно, для нас этот путь, наконец, завершен.

Они поворачиваются и смотрят друг на друга, не отводя глаз, и начинают очень медленно наклоняться друг к другу. Внезапно они останавливаются.

ЕВА (мягко):
     Ты уверен?

Вместо ответа Вирджил наклоняется еще ближе, так что их губы соприкасаются,  и они кратко, но нежно целуются. Камера отодвигается, показывая их целующимися на фоне падающего снега. Почти сразу они заканчивают поцелуй отклоняются, продолжая смотреть в глаза друг другу, только теперь полностью осознавая, что произошло. Оба кажутся смущенными и немного стесненными; наконец они улыбаются друг другу.

ВИРДЖИЛ:
     Давай вернемся в дом, иначе ты простудишься.

ЕВА (улыбается ему):
     Вряд ли.

Они еще на миг останавливаются. Затем Вирджил указывает на дом, и они входят, сперва Ева, и сзади Вирджил.

СМЕНА КАДРА

 

Гостиная. Елка уже полностью наряжена, под ней лежат подарки, завернутые в яркие цветастые ткани. В комнату принесен и накрыт большой стол; он весь заставлен угощениями - жареным мясом, хлебом, овощами, фруктами, сладостями и кувшинами. Все сидят вокруг него. Камера объезжает стол, показывая Зену, что-то говорящую Еве; Вирджила, накладывающего тарелки Каре и Теону, а затем тихо беседующего с Евой; Габриель, не дающую Дариону набрать сладостей и указывающую на тарелку с мясом и овощами; Хаймона, заканчивающего резать жареного гуся на тарелке Дариона; Лилу и Сару, счастливо смотрящих на всю компанию за столом.

Все разговаривают и смеются, голоса сливаются вместе. Камера отодвигается из комнаты, показывая всех вместе. Звуки смеха и разговора эхом отражаются в доме.

РАСПЛЫВАНИЕ ИЗОБРАЖЕНИЯ

Та же гостиная, поздно ночью. Праздничный шум исчез. Огонь в очаге почти погас, только несколько искорок пляшут на тлеющих угольках. Несколько свечей на полке над очагом продолжают гореть. Никого нет, кроме Габриель и Хаймона, заканчивающих убирать со стола.

ГАБРИЕЛЬ:
     Вот и всё. (улыбается Хаймону) Спасибо, что помог.

ХАЙМОН:
     Спасибо за лучшее Солнцестояние в жизни. Доброй ночи, Габриель.

Хаймон обнимает ее. Габриель напряжена, но постепенно расслабляется и прислоняется щекой к его груди. Хаймон нежно поглаживает ее волосы.

ГАБРИЕЛЬ:
     Как хорошо.

ХАЙМОН:
     Да. Плохо только, что должно закончиться.

Габриель, вздрагивая, отступает и смотрит на него. Хаймон с сожалением посмеивается.

ХАЙМОН:
     В этом месте мы соглашаемся, что еще не готовы быть вместе, так?

ГАБРИЕЛЬ (вздыхает):
     Хаймон, ты не представляешь, как я хочу сказать тебе да. Но это будет неправильно. Это как если бы я просто сбежала от своих проблем. Внутри меня есть часть, которой я уже давно боялась взглянуть в лицо. Я так больше не могу. Это не справедливо по отношению к тебе - и неправильно для меня.

ХАЙМОН (печально кивает):
     Я знаю. Думаю, я это понял еще до того случая с Тефием... еще в Коринфе. И сейчас, здесь, с твоей семьей, когда я вижу тебя и всех, кто тебе дорог, такими счастливыми - я вдруг понял, что так отчаянно хотел иметь собственную, что пытался подтолкнуть нас, даже если мы не готовы к такому шагу.

ГАБРИЕЛЬ (поглаживает его щеку):
     Ты всегда будешь моей семьей, Хаймон, что бы ни случилось.

ХАЙМОН:
     Я знаю.

Он целует ее в макушку и на миг замирает.

ХАЙМОН:
     Я люблю тебя, Габриель.

ГАБРИЕЛЬ (кивает и смущенно отводит глаза):
     Я знаю...

ХАЙМОН:
     Придет день, и мы будем вместе.

ГАБРИЕЛЬ (снова кивает, все еще избегая его взгляда):
     И это я знаю.

Они остаются на месте, его щека прижимается к ее макушке, их глаза закрыты, позади них гаснут остатки огня.

 СМЕНА КАДРА

Габриель возвращается в свою спальню, со свечой в руке. Она ставит свечу на тумбочку у кровати, садится на кроватку Дариона, где он крепко спит, и задумчиво смотрит на него, затем наклоняется, целуя его в лобик. Камера передвигается, показывая Зену, спящую в своей кровати. По мере приближения камеры мы видим, что на открытой ладони Зены на подушке лежит ветка омелы.

КОНЕЦ

[Общество Охраны Деревьев Древней Греции засвидетельствовало, что ни одно дерево не пострадало во время съемок этого эпизода.]
НАЗАД
Web-site is made by Natty